Библиотекa Розы Мира

Гарри Беленький

Выбранные места из переписки с друзьями, или Путем взаимной переписки

Аннотация: Автор, полемизируя с писателем Дмитрием Быковым, рассуждает о русской и еврейской культуре.

На днях мой приятель Игорь Д., с которым я переписываюсь по интернету, прислал мне переписку Татьяны Менакер, которая тоже является моей приятельницей, с писателем Дмитрием Быковым, который моим приятелем не является, но читаю я его постоянно и многими его вещами наслаждаюсь!

Знаю, что он написал много книг, и в частности, книгу о Пастернаке, которую многие хвалят, однако, «я “Пастернака” не читал, но скажу!»

Я действительно «Пастернака» не читал, если иметь в виду книгу Дмитрия Быкова «Борис Пастернак», но другую его книгу – «Был ли Грький?» – прочитал внимательно и могу поделиться впечатлением: мне она показалась неинтересной и тягомотной, а вот его очерк: «Двести лет вместо» – ответ на книгу А. Солженицына «Двести лет вместе» – прочитал с огромным удовольствием и неподдельным интересом.

Что касается его сатирических стихотворных фельетонов в проекте «Поэт и Гражданин», а потом и «Гражданин поэт» – они вне всякой критики. Они – блестящи, они – превосходны!

Здесь Дмитрий Быков показал себя высокоталантливым сатириком: остроумным, ироничным, сакрастичным, колким, едким, одним словом – настоящим!

Вот бы уж кто действительно порадовался этим творениям Быкова, так это политсатирик Илья Семенович Набатов, который всю жизнь убивался, что нет ему достойной смены, нет настоящих политсатириков.

Ан нет, появились, да какие!

Так вот: в электронном журнале «МЗ», который расшифровывается, как «Мы здесь», и появилась эта самая переписка Татьяны Менакер и Дмитрия Быкова.

Редактором журнала «МЗ» является некий Леонид Школьник, который, как и Дмитрий Быков, моим приятелем не является, но тем не менее я о нем слышал, поскольку он до того был главным редактором русской версии газеты «Форвертс», и вот теперь, уйдя из газеты, он сделал журнал «МЗ».

Таким образом, в этой переписке участвуют два моих приятеля (Игорь Д. и Татьяна М.) и два моих не приятеля (в данном случае «не» пишется отдельно!) – Дмитрий Б. и Леонид Ш.

Шансы равны – пятьдесят на пятьдесят!

Ну и, конечно, некоторые выбранные места из переписки друзей и недругов, писателей и не писателей, придется цитировать в этой статье, чтоб, как говорится, соответствовать заданной теме.

Татьяна Менакер, известная журналистка, страстная защитница Израиля («Жанна д'Арк» нашей иммиграции, которая чуть не загремела в тюрягу за то, что на митинге в Сан-Францисском государственном университете направила арабов заниматься любовью с верблюдами), и просто умная женщина, со свойственным ей темпераментом и полемическим задором вступила в полемику по переписке с писателем Дмитрием Быковым накануне его приезда в Америку (с авторскими выступлениями в клубе-ресторане «Самовар» в Пало-Альто); суть их полемики касалась высказываний Дмитрия Быкова, сделанных им в Израиле весной 2009 года на Всемирной книжной ярмарке, где он побывал вместе с группой российских писателей. (Впервые письмо Татьяны Менакер Дмитрию Быкову появилось в блоге журнала «Лэхаим», потом она переслала его в «МЗ» Леониду Школьнику и потом, повторяю, путем взаимной переписки, началось ее общение с Быковым.)

Правда, как оказалось позже, вел переписку не сам Быков, а кто-то другой – некий лже-Быков, но для данной статьи это значения не имеет, потому как я не собираюсь продолжать эту полемику и тем более употреблять вслед за спорящими фразы типа «Бьют не по паспорту, а по морде», «Посмотрим, что будет, когда к власти в России вместо филосемита Путина придет антисемит Рогозин» или «Вот тогда и увидим, как вы будете бегать по посольствам в поисках политического убежища».

Я в равной степени не приемлю аргументы одной стороны: «Вы нам завидуете, потому что не можете, как мы, попасть в Америку» и контраргументы другой: «А вы хвалите Америку, потому что хотите сами себя убедить, что правильно сделали, что уехали из России!» (Уф, даже устал! Можно продолжать цитирование данного спора, но это не имеет никакого смысла, потому как я хочу коснуться совсем другой темы, лишь слегка затронутой в переписке). Попутно стоит отметить, что, хотя с момента Международной книжной ярмарки, где прозвучали антиизраильские высказывания некоторых членов российской делегации, прошло три года, тема эта время от времени снова возникает в русскоязычных СМИ и читатели снова и снова негодуют по поводу оскорбительных (по их мнению) высказываний российских писателей. (Вот и совсем недавно в интернете снова вспомнили события трехлетней давности, обидные слова в адрес Израиля и наших иммигрантов, и гневные отклики на них; на сей раз это связано с предстоящими выступлениями Марии Арбатовой по приглашению русского радио «Девидзон» в Нью-Йорке).

Не знаю, так было задумано или случайно получилось, но факт остается фактом: в состав российской писательской делегации входили многие евреи и полуевреи, и все они, кроме, возможно, Михаила Веллера,– крещенные в православии: Людмила Улицкая, Мария Арбатова, Александр Кабаков и Дмитрий Быков.

Должен сознаться, что когда кто-то из прозелитов начинает рассуждать об Израиле, распространяться насчет иудаизма и «говорить за евреев», я вспоминаю древнейший анекдот, который рассказал мне мой покойный отец в раннем детстве. А анекдот такой: два еврея, Ицик и Мойша (дело происходит в царской России), решили креститься: им надоела черта оседлости, невозможность поступить в университет, бесконечные издевательства. И вот они подходят к церкви, и каждый боится войти в нее первым. Наконец, они бросают монетку – орел или решка,– и первому выпадает идти Мойше. Он заходит в церковь, а Ицик остается на улице и с волнением ждет его возвращения.

Наконец, Мойша выходит из церкви, Ицик радостный бросается ему навстречу, обнимает и спращивает: «Мойша! Ну, как?!» На что Мойша отстраняет от себя Ицика и важно заявляет: «Во-первых, я не Мойша, а Михаил! А во-вторых, жидовская морда, за что вы нашего Иисуса Христа распяли?»

Высказывания прозелитов о еврейском государстве, евреях и иудаизме прекрасно вписываются в этот древний анекдот, что и доказали православные евреи российской словесности на той израильской ярмарке, и повторять их нет смысла.

А вот напомнить, чем вызвана негативная реакция читателей, смысл есть: прежде всего, это заявление Марии Арбатовой, что Израиль – все равно что московский Тишинский рынок, что израильская иммиграция – колбасная, что Израиль – восточная страна, где нет «архитектуры и не будет», нет «обещанной природы, сплошные задворки Крыма», нет современной моды, нет красивых лиц, одним словом, захолустье! «И что ничего это общество не объединяет, кроме колбасности и ненависти к арабам!»

Быков был более философичен и сказал, что «создание Израиля – это историческая ошибка...» (Тут я должен прервать цитату Дмитрия и привести высказывания президента Ирака – Абдель Рахмана Арефа,– за пять дней до начала шестидневной войны – 31 мая 1967 года, как раз того самого года, в котором Вы, Дмитрий, родились. Вот, что дословно сказал тогдашний президент Ирака:»Существование Израиля является ошибкой... (удивительное совпадение точек зрения, не правда ли?), которая должна быть исправлена. Наша цель ясна – стереть Израиль с карты мира.» А вот, к какому умозаключению пришел в это же время и по этому же поводу западноевропейский философ – Бертран Рассел: «Если Израиль должен исчезнуть ради благополучия остального мира, я не стану протестовать против уничтожения еврейского государства».

Комментировать ничего не будем, возвращаемся к Дмитрию Львовичу,– он сказал: «Создание Израиля – историческая ошибка. Задача соли плавать в общем супе, а не собираться в одной солонке» – типа евреи хороши в рассеянии, а не в одном государстве. Еще Дмитрий Львович Быков (в девичестве Зильбельтруд), добавил, что он православный верующий христианин, воспитанный на великой русской культуре, а конфликт между арабами и евреями – это конфликт народов двух восточных стран, и потому он убедительно просит не втягивать его, православного человека, в эти восточные разборки. Это он сказал уже не на ярмарке в Израиле, а в интервью журналу «Профиль», когда ехал с ярмарки.

Интервью Дмитрия Быкова журналу «Профиль» называется «Не примазывайтесь!»

Обещаю: не будем!

И вот, что он в интервью заявил (цитирую): «Пора назвать вещи своими именами: никакая иудео-христианская цивилизация (и уж тем более культура) не воюет в лице Израиля с антицивилизационным и ужасным арабским миром. Воюют два ближневосточных народа, одинаково жестоковыйных и непримиримых. Да, на многих из тех, кто воюет с израильской стороны, лежит налет той самой христианской культуры, которая для меня свята. Они свободно цитируют Бродского и Мандельштама, а также дружат с компьютером. Но этот налет цивилизации не делает их менее жестоковыйными – напротив, такая мимикрия в чем-то даже более опасна».

«...Просьба к этим людям у меня ровно одна: не надо мне доказывать, что они защищают мои ценности. Не надо называть эти ценности иудео-христианскими. Не надо устанавливать связь между будущим Израиля и Европы».

«...Я об одном прошу: не пытайтесь внушить нам, что это наша война и что вы защищаете нас...»

Цитата закончена, и я даю слово, что втягивать Дмитрия Львовича Зильбельтруда, православного верующего христианина, в еврейско-арабские разборки ни в жисть не буду! Тем более, что я не сторонник тех дискутантов, которые за подобные высказывания начинают сразу обвинять русских писателей, в частности Арбатову и Быкова, в антисемитизме. Я убежден, что мы обязаны услышать точку зрения, отличную от нашей, а не пришивать оппонентам ярлыки.

Дискутировать можно сколько угодно, а вот ярлыки пришивать не надо.

Татьяна Менакер в переписке с Дмитрием Быковым (или лже-Быковым, что не имеет значения, поскольку Татьяна спорит с точкой зрения истинного Быкова, высказанной на книжной ярмарке), много места уделяет повествованию о том, как она в течение десяти лет была в отказе, какие муки прошла, как вытаскивала всеми правдами и неправдами мужа из Союза, и это все – святая правда! Но при чем здесь Быков? Какое он имеет отношение ко всем этим Таниным цурысам и невзгодам?

Этими примерами Татьяна, очевидно, хотела показать Быкову, в какой ужасной стране ей пришлось жить и из какой страшной страны довелось уезжать. И потому не хер нападать на Израиль!

Но... Дмитрий Быков 1967 года рождения, и когда мы уезжали, Быкову было 12-13 лет (он даже бар-мицву еще не справлял!), и он не обязан доподлинно чувствовать то, через что пришлось пройти нам.

И мы не могли прочувствовать то, что испытали наши дедушки и бабушки в революцию и гражданскую войну, что пережили наши родители в предвоенные и военные годы, мы не требуем от наших детей и внуков чтобы они даже мысленно прошли те испытания, которые прошли мы. Так почему Быков должен влезть в шкуру эмигранта-отказника?

А вот подискутировать с Дмитрием на эти и другие отвлеченные темы было бы интересно. Ну, например, Дмитрий Быков утверждает, что он воспитан и вырос на великой русской культуре (которая зиждется на христианской культуре, а она для Быкова – свята!)

Кто спорит! Естественно, на великой! И, естественно, на русской! Но хотелось бы поподробнее узнать, а на какой еще культуре мог воспитываться Дмитрий Львович Быков? Какую еще культуру исповедовали в Советском Союзе (заменив, правда, слово «христианская» на «русскую» и «советскую»)? А все мы, родившиеся и выросшие в Советском Союзе, могли ли быть воспитаны в какой-нибудь иной культуре, нежели русской?

Вы, Дмитрий, родились ровно за пятнадцать лет до того, как большинство нашей иммиграции третьей волны покинуло Советский Союз, но Вы также родились и пятнадцать лет спустя после того, как в одно августовское утро 1952 года была выкорчевана вся, абсолютно вся, под корень, другая, не русская и, может быть, не столь великая, но удивительно прекрасная культура!

Кто-нибудь из Ваших учеников, уважаемый Дмитрий Львович (а Вы преподаватель литературы в старших классах российской школы), знает имена Переца Маркиша, Давида Бергельсона, Лейба Квитко, Ицика Фефера, Давида Гофштейна, Бориса Шамелиовича, Вениамина Зускина, Соломона Лозовского, Ильи Ватенберга и его супруги Чайки Ватенберг – Островской, Эмилии Теумин, Леона Тельми и Иосифа Юзовича, расстрелянных в подвалах Лубянки 12 августа 1952 года?

И еще ста десяти репрессированных писателей, поэтов, журналистов и других деятелей еврейской культуры?

Мы, по выражению вашей коллеги Марии Арбатовой, «колбасная иммиграция», 12 августа будем с горечью и печалью отмечать 60-летие этой трагической даты, а вы, представители великой русской культуры, будете?

Да, мы знаем, что 21 сентября 2004 года на Донском кладбище в Москве усилиями Международного культурного центра им. Соломона Михоэлса был открыт Мемориал руководителям и членам Еврейского антифашистского комитета, расстрелянным по приказу Сталина.

    Соплеменник мой, призрак [безглавый],
Как [ты мог] головы не сберечь?
– Захотел я свободы и [правды],
Вот и скинули голову с плеч.

Соплеменник мой, [отрок] казненный,
Почему ты в земле не почил?
– Сколько [пало]! В земле миллионы,
И уже не хватает могил.

Перец Маркиш

   

Мемориал, слава Богу, открыт, а изучать этих писателей и поэтов еврейской культуры в Вашей и других школах России, как изучают писателей русской культуры, будут? Ну, хотя бы факультативно?

И перечисленные выше – это убиенные представители идишской культуры, а что Вам, дорогой писатель, известно об ивритской литературе и ее писателях? Вы наверняка их фамилии знаете (в силу профессиональной деятельности), а Ваши ученики? Их много, этих ивритских писателей,– перечислять не буду: это прекрасно сделала Наталия Нейман в своей замечательной статье «Литература на иврите и мировой литературный процесс», опубликованной в «АМИ» 30 ноября 2011 года. Необычайно интересная статья. Настоятельно рекомендую!

Кратко смысл этой статьи в том, что «видение мира у ивритоязычных писателей не связано с христианскими представлениями, оно базируется на их знании Танаха, а не на его христианском варианте – Ветхом завете. Для этого не надо быть глубоко религиозным, нужно быть просто воспитанным в атмосфере иудаизма и использовать его понятия и дух для выражения своих идей.

Представители русскоязычной культуры, не знакомые с израильской ментальностью и никогда не бывавшие в Израиле, не в состоянии дать непредвзятую оценку содержанию произведений ивритоязычной литературы, поскольку они оценивают ее художественные достоинства через восприятие русской литературы».

«Наступит время,– продолжает автор,–когда русскоязычный читатель не будет изучать современный Израиль по роману М. Булгакова «Мастер и Маргарита», где действие частично происходит в стране Израиль и события библейской истории трактуются с христианской точки зрения, потому что он будет знать, что настоящий еврейский Израиль можно и должно найти в произведениях ивритоязычных писателей и что он (Израиль) в корне отличается от того, каким видит его христианский мир.»

Вот какая удивительная история вырисовывается, уважаемый Дмитрий Львович: мир, оказывается, можно видеть и с иной колокольни, а не только с христианской точки зрения, которую исповедует русская культура, базируясь, на христианских ценностях.

Оказывается, можно оценивать события в мире и поступки отдельных индивидуумов, ориентируясь не только на христианские ценности и идеалы, но и соотносясь с другими идеалами и ценностями.

Вот что значит жить и воспитываться на одной культуре, не зная и не подозревая, что существует еще и другая культура, отличная от первой. То есть вроде как бы догадываясь, но упорно отгоняя эти догадки, потому как все кругом уверенно твердили, что эта другая культура – неотъемлемая часть первой и является именно составной частью великой культуры, а никак не отдельной, самостоятельной и вполне себе самодостаточной.

Так вот, уважаемый Дмитрий Львович, если Вы и знаете фамилии ивритоязычных писателей (в чем я ни секунды не сомневаюсь), так прочитать их произведения на языке оригинала Вы все равно не можете. Надо звать переводчика. А как уловить аромат первоисточника? Язык знать надо. А кто его знать будет, если во время капээсэсовского режима за его изучение семь лет тюрьмы давали. (Это почти столько, сколько сейчас дают какому-нибудь менту за убийство человека).

Кто бы из нас, русскоговорящих, знал великую аварскую литературу, если бы не два поэта-переводчика – Наум Гребнев и Яков Козловский. (Заметьте, я не намекаю на национальность переводчиков, я просто констатирую факты!)

Помните, как у Расула Гамзатова было вначале в стихотворении «Журавли»?

«Мне кажется порою, что джигиты,
С кровавых не пришедшие полей...»

А, как перевел Наум Гребнев? (по просьбе Марка Бернеса):
«Мне кажется порою, что солдаты,
С кровавых не пришедшие полей,
Не в землю нашу полегли когда-то,
А превратились в белых журавлей!»

Вот что может сделать переводчик (кстати, и в ту, и в другую сторону). Не случайно Расул Гамзатов как-то заметил, что когда его стихи, переведенные на русский, он переводит обратно на аварский, получаются совсем другие стихи – намного лучше (естественно, «солдаты» намного образнее, намного шире и значительно объемнее, нежели «джигиты»).

Вы утверждаете, что Израиль историческая ошибка. И евреи должны быть солью в супе, а не в солонке. Возможно.

А Россия, по-вашему, не ошибка истории? Россия, которая в течение шестисот лет планомерно изничтожает свой собственный народ. Это как? Не случайно Иван Грозный в английском языке звучит как Иван-Теребл – ужасный! Согласитесь, есть разница между грозным и ужасным?

Причем, знаете, что интересно: как только россияне попадают на Запад и начинают тут жить в качестве «колбасной иммиграции», они сразу становятся западными людьми в хорошем смысле этого слова. Так может и им полезно быть солью в чьем-то супе, а не сидеть в одной солонке с Малютами Скуратовыми, Николаями Ивановичами Ежовыми, Меркуловыми и Абакумовыми? Возможно, будучи солью в супе, и они впитают что-то полезное из этого супа?

Посмотрите, какой замечательной солью во французском супе оказался Иван Бунин, в американском – Владимир Набоков, Сергей Рахманинов, Игорь Сикорский, Михаил Барышников, да и тот же Александр Солженицын (а как вернулся в «солонку» – стал мракобесом!)

Я абсолютно согласен с Марией Ивановной Арбатовой (хотя ей до Вас, Дмитрий Львович, как «до Киева раком»), что Израиль ей напомнил московский Тишинский рынок (и я его очень хорошо помню по своему детству: там в палатках работало много евреев, потому как шел знаменитый 1949 год и никто безродных космополитов ни на какую другую работу не брал!)

Кстати, на этом Тишинском рынке, в этих палатках работало очень много приличных людей. И знаете, что самое интересное: когда товарищ Сталин задумал устроить грандиозный еврейский погром после публичной казни на Красной площади «убийц в белых халатах», доверить этот погром предполагалось рабочим автозавода имени товарища Сталина (наделенным особой духовностью), а не торговцам с Тишинского рынка.

Вы называете израильских иммигрантов «колбасной иммиграцией», вкладывая в эту метафору их бездуховность, стремление к материальным благам, поменявшим, с Вашей точки зрения, высокие идеалы духовности на житейские блага, короче, на колбасу.

Я многие годы прожил в Москве, рядом с огромным Универсамом, и не помню дня, чтобы со всей Московской, Тульской, Калининской, Ивановской, Ярославской и других областей России не съезжались десятки автобусов, до отказа набитых высокодуховными представителями народа, исповедующего высочайшие идеалы человечества, с одним желанием: ухватить кусок колбасы!

Или Вы полагаете, что уехавшим надо было оставаться в полуголодной стране и продолжать трудиться и делать «все во имя человека и для блага человека», точно зная имя этого человека?

Вопрос у меня к Вам, уважаемая Мария Ивановна, простой: а эти «колбасники» с Тишинского рынка в своей израильской армии своих солдат в казармах тоже до смерти забивают? А кого не забивают до смерти, тому после «дедовских игр» отрезают ноги и половые органы? (Уже, правда, врачи, чтобы спасти солдату жизнь – и это в абсолютно мирное время!)

А в стране великой культуры и не менее великой литературы одного пленного солдата обменивают на тысячу бандитов и убийц, ради спасения жизни одного этого пленного солдата?

А какая еще армия в мире предупреждает население противника о готовящемся бомбовом ударе? (Как сказано у Матфея: «по плодам их – узнаете их!», «по делам их – судите их!» – так, кажется? По делам – это, значит, не по словам,– не по тому, о чем разглагольствуют с амвонов, экранов и страниц, а по тому, что де-ла-ет-ся! По «плодам», а не по обещаниям и благим намерениям, которыми (известно, куда именно) вымощена дорога).

И если судить по делам, как требует Матфей, выходит, что страна, напоминающая Вам Тишинский рынок, по своим конкретным делам намного гуманнее, человечнее, милосерднее и, простите, нравственнее, чем страна с великой культурой, которая, освобождая заложников, допустим, на Дубровке или в Беслане, убивает двадцать бандитов, а вместе с ними и триста шестьдесят своих собственных граждан, из них сто восемьдесят два ребенка.

А в полицейских участках этой восточной страны без современной архитектуры суют арестованным в задницу бутылки из-под шампанского?

Вам, совершенно очевидно, не нравится архитектура Израиля, и Вас, возможно, огорчает, что в архитектурных ансамблях Тель-Авива нет сталинских высоток – этих первых великих строек коммунизма. (Эти высотки навеяли мне еще одно воспоминание юности: из окон моего класса в школе, в которой я учился, был виден весь процесс грандиозного строительства на Ленинских горах, «храма науки», как все называли в то время строящийся Московский государственный университет имени Ломоносова, и почти каждый день мы замечали, как с большой высоты вниз летели какие-то предметы, похожие на больших птиц, и только потом, у Солженицына в «Архипелаге» я прочитал, что это бросались вниз строители «храма науки» – зеки сталинского ГУЛАГа»).

Так, может, хорошо, что в архитектуре Израиля таких высоток не было и нет?

А девиц, которые, допустим, в главной синагоге Израиля, если вообще такая существует, споют песню: «Богородица, Натаниягу прогони!», посадят в тюрьму? Как думаете?

А представьте, что дело происходит в Израиле: люди собирают больше ста тысяч подписей с просьбой освободить по УДО – условно досрочному освобождению – бывшего адвоката разграбленного ЮКОСа Светлану Бахмину, мать троих детей (третий ребенок рожден в тюрьме) – так вот, возможно ли в Израиле, чтобы вышел кто-то из писателей, да хотя бы та же Дина Рубина, и потребовал, как это сделали Вы в программе Владимира Соловьева «Поединок», морить эту гадину (Бахмину) и дальше в тюрьме?

А может так быть, Мария Ивановна, чтобы во время страшной войны страна командировала двух своих самых известных евреев в тридевятые царства-государства, за тремя морями и двумя океанами собирать деньги в помощь истекающей кровью стране, и эти два еврея в результате семимесячной поездки соберут с еврейства заокеанских стран десятки миллионов долларов по курсу 1943 года, привезут эти деньги в тяжело воюющую страну, страна построит на эти деньги тысячу (1000) самолетов и пятьсот танков (500), и вдогонку пришлют те заокеанские страны еще два парохода одежды, обуви и продуктов истекающей кровью стране, а после победы над страшным врагом этих двух евреев именно за это и уничтожат – одного убьют в Минске, а другого расстреляют на Лубянке.

Как думаете, если бы два православных христианина сделали то же самое для страны, напоминающей Вам «Тишинский рынок», с ними поступили бы так же или по-другому?

Заодно не подскажете ли, сколько денег в помощь главной православной стране, воюющей с коричневой чумой, собрали православные в разных странах мира, где православная религия главенствующая или где есть большие церкви, именующие себя православными:

Константинопольская, Александрийская, Антиохская, Иерусалимская, Сербская, Элладская, Кипрская, Албанская, Чешских земель и Словацкая, Финская, Японская, Китайская, Критская, Эфиопская, Эритерейская, Сирийская, Индийская и, наконец, Русская православная церковь Америки? А ведь некоторые из названных православных стран не только денег не дали, но и воевали на стороне Гитлера, не так ли?

Так может, действительно, в консерватории надо что-то подправить, как сказал один мой единоверец (который, я убежден, когда-нибудь обязательно будет причислен к великим русским писателям), родившийся в небогатой еврейской семье в украинском селе Хаджибей.

Потому и хочу вернуться к теме великой русской культуры и литературы, поднятой Дмитрием Быковым.

Ах, как много лукавства, Дмитрий Львович, подмен, подлогов и просто обыкновенной лжи в этой набившей оскомину формулировке!

Кто является незыблемыми столпами великой русской литературы?

Александр Сергеевич Пушкин, Николай Васильевич Гоголь, Лев Николаевич Толстой, Федор Михайлович Достоевский, Антон Павлович Чехов, далее уже не столпы, чаще великие, а больше классики, выдающиеся, знаменитые, ну и талантливые.

Так вот, среди этих столпов: и Пушкин –далеко не русский, и Гоголь – совсем не русский, и Достоевский – русский наполовину. (У Пушкина предки Бог знает откуда – из Абиссинии, что ли, или нет, но точно не из Вологодской губернии, Гоголь – украинец Яновский, у Достоевского мама русская, а папа поляк, а национальность в России считается по отцу).

И если национальность Владимира Ильича Ленина (многолетнего бога России) рассматривается сегодня под микроскопом: сколько четвертинок крови разных национальностей течет в жилах вождя мировой революции, то почему великих писателей нельзя рассматривать под тем же микроскопом?

Хочу напомнить, что после краха Третьего рейха эти четвертинки и осьмушки впервые в русской литературе публично измерять начал великий писатель земли русской Александр Исаевич Солженицын. Это он открыл шлюзы, через которые хлынул мутный поток грязи, инсинуаций и вздорных мистификаций, которые, если их не остановить, обязательно приведут к новым измерениям длины носа и формы черепов.

Не секрет, что царская Россия, а потом и Советский Союз преднамеренно запутали этот вопрос.

Действительно, по какому принципу определять национальную принадлежность деятелей культуры, науки и искусства в многонациональной стране: то ли по принадлежности к стране проживания, то ли к стране рождения, то ли по национальному происхождению? Новая постсоветская Россия не только не прояснила этот вопрос, а запутала еще больше.

Кстати, Советский Союз был, по-своему, честнее – он называл всех советскими: советский композитор, советский певец, советский артист...

Была, правда, закавыка с людьми, рожденными до революции, в царской России, и тут снова возникали не советские, а великие русские художники, композиторы и полководцы.

Но так или иначе, Советский Союз этот вопрос решил: творишь в Советском Союзе – значит, советский. Были, однако, тонкости: если М. Шолохов и А. Фадеев были классиками советской литературы, то И. Эренбург и В. Шкловский – талантливыми советскими писателями, а В. Шаинский и Ян Френкель известными композиторами.

Но это издержки национальной политики.

Во время перестройки дело сдвинулось: группа писателей-почвенников, так называемых деревенщиков, состоящая преимущественно из писателей-антисемитов, придумала писателям нерусской национальности, в основном евреям, новое определение: русскоязычный писатель, в отличие от этнически русских писателей, которых продолжали именовать русскими.

Таким образом, Борис Леонидович Пастернак – по классификации деревенщиков – должен проходить по реестру русскоязычных писателей, Иосиф Александрович Бродский – то же самое, ну, а обо всяких Гроссманах, Багрицких, Коганах, Светловых, Слуцких, Самойловых и десятках, если не сотнях, «других» и речи не ведем. Их надо бы определить в категорию русскопишущие, русскоговорящие, русскорифмующие, русскосочиняющие или русскомыслящие.

Сегодня эра интернета, все скрытое становится явным, правда выходит наружу. Так, может, пора «навести порядок в консерватории» и честно сказать «ху из ху» – кто есть кто!

И, не стесняясь, громогласно заявить: есть великая русская литература!

Есть блестящая еврейская литература! (пусть и написанная на русском языке, но есть, слава Богу, и на идиш, и на иврите!).

И существует великая еврейская культура! которая вовсе не всегда привязана к языку: еврейская музыка, живопись, наука, медицина, философия, религия (да, да, еврейскую религию можно излагать на еврейском, на русском, на английском языках, но она все равно будет оставаться религией еврейской, не так ли? То же самое и с философией, уж не говоря о медицине).

Религия – часть культуры или культура –часть религии? Или они равноценны? Но они реально существуют, и не надо одну культуру приписывать другой культуре.

Вавилонскую башню построить не удалось, так, может, не следует начинать сызнова?!

Чингиз Айтматов – казахский писатель, Муса Джалиль –татарский поэт, Юрий Рыхтэу – чукчский писатель (это именно тот случай, когда «чукча писатель, а не читатель!»), и никто их русскоязычными не называет, почему же только евреи русскоязычные?

Для меня лично эпопея «Жизнь и судьба» Василия Гроссмана нисколечко не уступает эпопее «Война и мир», да простит меня Лев Николаевич! А по силе проникновения в глубь человеческой психологии и показу низменных качеств и черт отдельных персонажей так поспорит и с Ф.М. Достоевским. Причем важно отметить, что задолго до А. Солженицына с его «Одним днем Ивана Денисовича», Анатолия Рыбакова с его «Тяжелым песком» и «Детьми Арбата», задолго до М. Дудинцева, К. Симонова, Д. Гранина, М. Алексеева и Лидии Чуковской Василий Семенович Гроссман показал мучения и издевательства в концентрационном лагере, пусть немецком, но он явный аналог советского, голод 1932 года, трагедию еврейства, античеловеческую политику Сталина и, самое главное, он одним из первых подметил идеологическую связь гитлеровского фашизма и сталинского коммунизма.

А потрясающий Ицках Башевис Зингер ну, никак не ниже рангом А.П.Чехова или И.С. Тургенева. А его повесть «Шоша» или инсценировка его романа – «Враги: История любви», которая идет сегодня в театре «Современник» в Москве, на мой взгляд, так и сравнивать не с чем.

Да и о чем дискутировать – лауреат Нобелевской премии! Точка!

Попутно: Ицках Башевис Зингер – чей писатель? Польский, американский, еврейский или талантливый англоязычный? Кстати, вот что пишет о нем критика: «Родившийся в польском местечке, еврейский, американский писатель Ицках Башевис Зингер стал гордостью американской литературы, где награждён множеством национальных премий. Кредо Зингера – «быть верным своим корням». И потому все его книги вырастают из знакомого ему до мельчайших деталей быта еврейских местечек, из богатейшего национального фольклора с его фантастическими, порой жутковатыми персонажами, из религиозно-мистической традиции еврейского народа.

Ицхак Зингер вышел из толщи еврейского несчастия, из беспросвета тысячелетнего изгнания, из галута. Он вырос, выбился из этих спрессованных слоев горя, из тесноты кладбищ, из обреченности местечек, из фанатичной веры раввината, из сотен поколений, лёгших через тьму безвременья мостом к смыслу, который они не смогли разглядеть.

Были великие писатели, не получившие Нобелевской премии (Лев Толстой, Шолом-Алейхем), но не было Нобелевской премии, доставшейся случайно. Это общечеловеческое признание. И Зингер — прекрасное тому подтверждение.

А Сергей Довлатов? Американский, армяно-еврейский или русскоязычный писатель?

А Василий Павлович Аксенов, тридцать лет проживший в Америке и написавший здесь несколько прекрасных романов,– кто, чей? А его «Московская сага» – разве не великий художественный документ нечеловеческой сталинской эпохи? И к какой великой культуре отнести, поистине великого Василия Павловича Аксенова?

А Альберт Эйнштейн – великий немецкий ученый? Или великий американский? Или все-таки великий еврейский? (Если немецкий, то чего эмигрировал, когда к власти пришел Гитлер? А, если эмигрировал, как еврей, тогда почему он – великий немецкий ученый?)

А Генрих Гейне? Немецкий поэт? Так чего его книги сжигали немцы-нацисты?

(Его книги сжигали, как книги немецкого писателя или, как книги еврейского писателя?)

Если следовать российской логике, мы в такие дебри забредем (и уже забрели), что выбраться оттуда не будет никакой возможности.

Нам тогда придется писать: великий французский артист Федор Иванович Шаляпин родился в Казани. Скажете, нелепость?

Ну, пишут же в Большой Советской Энциклопедии: Марк Шагал – французский художник, родился под Витебском.

Исаак Левитан – великий русский художник, родился в бедной еврейской семье. (Возможно, правильнее было бы написать: великий еврейский художник Исаак Левитан, родился в бедном русском селе.)

Однако пока: Лев Давидович Ландау –великий русский физик – математик, Виталий Лазаревич Гинзбург – великий русский физик, а Михаил Моисеевич Ботвинник – великий русский шахматист, их имена будут украшать великую русскую культуру.

А уж с Аркадием Исааковичем Райкиным вообще комедия почище, чем в его миниатюрах «Нарочно не придумаешь». Это как о нем сегодня писать надо: великий русский артист Аркадий Исаакович Райкин, а в скобках добавлять (Аарон Ицикович – да, да, Аркадий был Аароном, а папа так и остался Ициком) – ей-Богу – нарочно не придумаешь!

Вот и снова в интернете появилась статья некоего Валентина Добкина «Вклад евреев в российскую жизнь». Чем-то она повторяет статью, о которой я уже когда-то упоминал: «Россия без евреев», где автор гипотетически попытался представить, что было бы с российской культурой, литературой и искусством, если бы в ней не было евреев. И дальше перечисляются фамилии всех «великих евреев» с указанием, какой вклад они внесли в русскую и еврейскую культуру.

Валентин Добкин делает то же самое, но список значительно расширен, и туда включены евреи – лауреаты Нобелевских премий, академики, ученые, военные, евреи – Герои Советского Союза и, конечно, артисты, композиторы и писатели.

Попутно автор приписывает к евреям людей, которые никакого отношения к еврейской национальности не имеют: Дмитрия Дмитриевича Шостаковича, Всеволода Эмильевича Мейерхольда, Сергея Михайловича Эйзенштейна, академика Мстислава Всеволодовича Келдыша и многих других.

Я, безусловно, с великой радостью готов принять в число евреев этих гениальных людей, но они евреями не являются, а украшают своими именами и русскую, и свою национальную культуру.

В еврейской культуре достаточно великих имен, и добавлять ей гениев другой национальности нет смысла. А вот вопрос, поставленный авторами, «Что потеряла бы русская культура, не будь в ней евреев»,– глубоко неверный. Вопрос должен стоять по другому: не что потеряла бы русская культура, а что приобрела бы еврейская культура, если бы ей вернули то, что ей и так принадлежит!

Если написать просто и по справедливости: великий еврейский художник Марк Шагал, великий еврейский художник Исаак Левитан, великий еврейский шахматист Михаил Ботвинник, великие еврейские физики Лев Ландау и Виталий Гинзбург, и великий еврейский артист Аркадий Райкин родились в России, то тогда, может быть, замечательный православный писатель Дмитрий Львович Быков (который в этом случае остался бы Зильбельтрудом), воспитанный на великой русской и других великих культурах, в числе которых и еврейская тоже, не стал бы так упрямо дистанцироваться от арабо-израильского конфликта. И не стал бы называть Натана Щаранского, Иду Нудель, Виктора Браиловского, Иосифа Бегуна, Татьяну Коренфельд, Иосифа Менделевича, Марка Дымшица, Эдуарда Кузнецова, Александра Окуня, Игоря Губермана и Дину Рубину жестоковыйными представителями восточной страны, которые «свободно цитируют Бродского и Мандельштама, а также дружат с компьютером. Но этот налет цивилизации не делает их менее жестоковыйными». Тут у Быкова что-то замкнулось.

Но поскольку Имре Кальман все еще продолжает считаться великим венгерским композитором, родившимся в еврейской семье торговца Карла Копштейна, Феликс Мендельсон – великим немецким композитором, родившимся в семье банкира Авраама Мендельсона, Джакомо Мейербер – великим немецким и французским композитором, хотя он – урожденный Якоб Либман Беер, то, конечно, и дальше все их гениальные сочинения будут считаться великой русской, французской и немецкой культурой, а евреям достанется талантливый писатель, хорошо описавший бедноту еврейских местечек,– Шолом-Алейхем (Рабинович), да и то потому, что его любил Горький.

И пока поляк Достоевский, украинец Гоголь, немец Фонвизин – (да, да, великий автор «Недоросля», драматург – комедиограф Фонвизин, никто иной, как этнический немец фон-Визин) и евреи Пастернак и Бродский будут считаться русскими писателями, а великий Исаак Левитан – русским художником, православный писатель Дмитрий Львович Быков, естественно, будет и дальше абсолютно уверен, что воспитан он на великой русской культуре! А как же?!

А если бы все было так, как оно есть на самом деле,– русские писатели представляли великую русскую литературу, еврейские –еврейскую, татарские – татарскую, то с того самого момента, когда Дима Быков в 1974 году поступил в первый класс (я в это время уже возил своего харьковского племянника в Голландское посольство оформлять документы на выезд в Израиль, а в декабре уже провожал), а потом и в институт, ему бы говорили правду, а не ложь, которую уже почти около двух веков несут фальсификаторы, приписывая русской культуре то, что к ней отношения не имеет, тогда, может, и не пришла бы в голову писателю Быкову нелепая мысль про соль, суп и солонку.

Кстати, а почему, уважаемый Дмитрий Львович, Вы не предлагаете, например, раствориться в супе тувинцам? Если Вам необходимо кого-то растворить, начните с буддистов. Их в России все-таки больше, чем евреев. Евреев в России, по переписи 2002 года, осталось 233.439 человек, а учитывая, что с того времени, Райкин Константин Аркадьевич и Гафт Валентин Иосифович, приняли православие, то их стало и того меньше. Так что поберегите евреев, возьмитесь за других!

Республика Тува насчитывает триста восемь тысяч сто шестьдесят (308.160) человек, но они имеют свое маленькую республику. Почему же евреи, которых сегодня в мире четырнадцать с половиной миллионов (14.500.000) и которые имеют, слава Богу, свою собственную страну, со своей армией, флотом, инфраструктурой, гигантскими достижениями в науке, высоких технологиях, нанотехнологии, медицине, в военной промышленности, сельском хозяйстве и еще Бог знает в чем, должны быть приправой к чьему-то супу? Что за фантазии, в самом деле?

Не забывайте, пожалуйста, Дмитрий Львович, соль в супе растворяется без остатка, и если вся соль растворится в разных супах, где новую добывать будем?

Дело в том, что все эти мысли про суп, соль и солонку неновы: Борис Леонидович Пастернак считал, что евреи должны раствориться – ассимилироваться (гении имеют право на чудачества!), Алексей Максимович Горький, высоко ценя евреев за их вклад в мировую цивилизацию, считал их действительно солью, но не той солью, которая должна ублажать вкус любителей супа, а солью, которая будоражит, понуждает к творчеству, помогает открывать новое в науке и искусстве, цементирует мораль и нравственность, придает вкус всему (не супу, а всему!), а Вы как человек, написавший книги и о Пастернаке, и о Горьком, перемешали их мысли в своем сознании и выдали занятную сентенцию, низведя евреев до некой специи, улучшающей вкусовые качества продукта.

А если, не дай Бог, кто-то не любит соль в супе, да и просто не любит соленое, что делать будем, Дмитрий Львович?

Согласитесь, что и великие, и даже гениальные способны ошибаться, а порой и нести чепуху. Ну, написал же Федор Михайлович Достоевский в «Дневнике писателя»: «православный – значит русский». Выходит, что православные греки, болгары и румыны – русские, что ли? А отлученный от русской православной церкви и преданный ею же анафеме Лев Николаевич Толстой – тогда кто?

Или вот еще одно гениальное (без всякой иронии) предчувствие Федора Михайловича, выраженное устами Ивана Карамазова в «Легенде о Великом Инквизиторе»: «Без Бога все дозволено...»

Почти весь двадцатый атеистический век люди в России из уст в уста передавали и повторяли эту гениальную догадку писателя: «Без Бога все дозволено...» – вот, если б, дескать, был бы Бог, люди не позволяли бы себе такое, что позволяют при коммунистическом, безбожном режиме! (отношение Советской власти к Ф.М. Достоевскому было далеко не однозначным: «Бесы» были запрещены, «Братья Карамазовы» тоже долгое время не печатали, потом предлагали разделять Достоевского и достоевщину, потом, указывая на его многочисленные ошибки, признавали, что он талантлив, одним словом, что говорить – дурдом!)

И вот дожили! – сгинул атеистический дурман, Бог в России объявлен существующим, открылись врата церквей, народ и партия (бывшая КПСС, ныне ЕР) едины! – Все осеняют себя крестным знамением, на крестный ход люди идут, как на первомайскую демонстрацию, вместо портретов членов политбюро несут хоругви, богохульников вот-вот начнут распинать на крестах, глубоко верующие православные христиане (порой это члены Государственной думы) прилюдно и демонстративно бьют женщин, стоящих в пикетах в защиту группы «Пуси Райот», в лицо, а потом, в телекамеру, называют лица этих женщин харями и рылами... Одним словом, конкретно появился Бог, и что оказалось? Что все дозволено! Что такой беспредел, который дозволен сегодня, вряд ли существовал когда-либо в истории в России! Фантастическая ложь во всех сферах захлестнула Россию, такого страшного падения морали и нравственности, которая наблюдается не только на телевизионных экранах и сценических подмостках, но и в самой жизни, Россия никогда прежде не знала, такого количества грязи, которая вываливается со страниц газет и журналов, ни при каких атеистах-коммунистах и самых мерзких безбожниках и в страшных снах не могло присниться!

И тут одно из двух: или гениальный Федор Михайлович ошибался, утверждая, что «без Бога все дозволено...», а с появлением Бога вседозволенности наступит конец, или никакой веры и никакого Бога у этих тысяч молящихся в храмах и церквах и в помине нет!

Ну и последнее: про соль, солонку и суп. Имея свою собственную солонку, евреи, даже те, кто плавает пока в чужом супе, твердо знают что больше уже никогда не настанут времена когда в минуту смертельной опасности они должны будут ждать защиты от супа, в котором плавают.

У них есть своя надежная солонка которая для них всегда вэлкам!

И в заключение дружеское напоминание Вам, уважаемый Дмитрий Львовоич, и Вам Мария Ивановна: пусть не покажется это странным, но Вы смогли попасть на израильский «Тишинский рынок», и на встречу с читателями в Пало-Альто, и в Нью-Йорк по приглашению русского радио совершенно случайно: потому что в Америке и Израиле, Германии, Австралии и Канаде совсем не случайно когда-то оказалась, а сегодня живет и работает, шутит и смеется «колбасная иммиграция».

Другой возможности у Вас никогда бы не было, а в будущем, когда вырастут наши дети и внуки,– и не будет. Запомните это и благодарите «колбасную иммиграцию», которая пока еще с вами встречается.

Но так будет не всегда!

Источник: Арлекин: <Журнал.> – Сан-Франциско, 2012. – Август, № 8. – С. 3-14, 23-24.



Веб-страница создана М.Н. Белгородским 21 августа 2012 г.
и последний раз обновлена 22 августа 2012 г.






































.